Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных

очерки

18:27 

князь Меншиков
знаете, понимаете, можете себе представить, относительно так сказать, некоторым образом.
Совершенно точно, я ничего не знал о нем, и знать не мог – такой крепкой стены перед собой я еще не встречал.
И такой интересной.
Нет, не то чтобы он закрывался морально, но постепенность его разоружения выбивала меня из колеи постоянно – я хотел всего и сразу, как впрочем и всегда, с любым другим знакомым. Но в конце концов мне пришлось понять, что я удачно нашел нечто особенное, и я принялся старательно и даже с упоением отвоевывать пядь за пядью его настоящего «я».
Это было увлекательно, хотя и получал я непривычно мало. Хотя теперь я, конечно, понимаю, что это «мало» обернулось в серьезный интерес, который наврядли появился бы к моментально открывшемуся человеку. Короче говоря, он придержал меня на коротком – для меня-то! – поводке.
И самым странным было то, что я его узнал. Да, вот так – встретил на улице и узнал.
Повторюсь, я не имел решительно никаких сведений, которые позволили бы мне…
Но это уже не важно.
Я не писал ему уже около недели, отчасти из-за навалившихся дел, отчасти – из-за бездумной лени и скуки, у меня не было ни малейшего желания с кем-либо говорить.
Он, как ни в чем ни бывало – а с чего бы было иначе? – стоял на набережной, оперевшись на перила и глядя на чисто блестящую реку. Лучи закатного солнца светили сквозь дым и пыль города, и мосты, которые были дальше по реке, терялись в туманной завесе смога.
Нечего и говорить, что я не расспрашивал или, вернее, не решался расспрашивать его о внешности – какого цвета были его глаза, волосы, высокого ли он был роста и прочее по списку – но я часто думал о нем. То есть, я представлял его вполне ясно, так, как умел представлять частями, не собирая целой картины.
Не зря же я называл его Рихом. Даже задолго до того, как спросил у него разрешения на это.
- Любуешься?
Я задал первый кувыркнувшийся на языке вопрос – вообще мне всегда казалось, что я спрашиваю его о всяких глупостях. Мне хотелось говорить с ним часами, развернуто, но я постоянно не успевал придумать толковых слов, а может у меня просто плохая фантазия.
- Что? Ах, да… любуюсь, - он улыбнулся мне. – А что ты тут делаешь? Говорил, что не любишь гулять в одиночестве.
- Но теперь-то я уже не один, - резонно заметил я.
Так и было, так и было… никакой он оказался не Ричард.
Рихард.
Риха, Рих…
Золотистый. Скажи я ему об этом всерьез, он бы, наверное, возразил, но я видел собственными глазами… а что же я, собственно, видел?
Меня мгновенно окатило теплом от одной его улыбки. Чаще меня, конечно, окатывает чем угодно, только не теплом – интересом, презрением, отвращением, желанием – но упаси боже не теплом. Это оказалось очень непривычно и очень приятно.
Солнце, это рыжее городское солнце скользило светом по его волосам, острыми золотистыми искрами, и такие же искорки горели в его глазах. А может на ресницах, тоже золотистых, потому что его всего вообще словно пронизал этот солнечный свет.
- В который раз скажу, что ты не похож на мизантропа.
Меня так и потянуло прикоснуться к его плечу, просто пощупать – реальный ли человек стоит передо мной, или мне просто напекло голову, и я сам соткал его в своем воображении из солнечных лучей?
- А ты не похож на человека, умирающего со скуки, - легко парировал он.
Мне пришлось тоже взглянуть на реку, чтобы перестать смотреть на него.
В те дни, когда я не писал ему, я не думал, что он так притягателен для моего внимания.
- А что это за город? – мне как по затылку приложили чем-то тяжелым, потому что я внезапно понял, что не знаю этого места, где мы с ним находились.
Но я даже не отвел взгляда от реки, веющей прохладой и спокойствием. Слишком хорошо было вот так стоять бок о боком с кем-то светлым и теплым, словно мы создали на несколько минут островок тишины и красоты посреди города.
- Не знаю, - он перевел на меня взгляд, немного посерьезневший и от этого заблестевший другими искрами – близкими цветом к рыжему, - но здесь красиво, не находишь? Своеобразно, конечно, но взгляни…
Он немного склонил голову набок, внимательно глядя на меня, так что мне стало даже интересно, как я сам выгляжу в его глазах.
Я встретил его взгляд, чуть усмехнулся и оглядел реку, туманные мосты, набережную, дышащую солнцем и прохладой близкой воды. Издалека – с одного, самого близкого к нам моста – слышался гул проезжающего транспорта, ровный и тихий. В десяти минутах ходьбы от нас находилась эта любимая толпа, иногда утомительная, иногда любопытная, но сейчас она нас не касалась.
- Да, - наконец согласился я, - потрясающе, здесь есть на что бросить взгляд. Еще бы знать, где находится это прекрасное место…
- Это неважно, представь, что мы сейчас в интернете, и никто не знает точно, где он есть на самом деле. Представил?
Я подошел к нему сзади и осторожно приобнял за плечи.
Реальный, самый настоящий.
Я шепнул ему: «Рих.» А он ответил: «Пойдем гулять.» И мы пошли гулять по городу, которого совсем не знали.
Я ничего не знал о нем, и раньше не встречал на своем пути стены, которую было бы так упоительно преодолеть.

Утром, когда я проснулся, первым делом рванул к ноутбуку, приплясывая на месте от нетерпения всю минуту, пока тот неспешно включался.
И я написал ему: «Здравствуйте, как ваши дела?»
Как ты, Рих?

URL
Комментарии
2011-03-14 в 18:41 

Richard Lockart
Но, как завещал покойный Чарли, в наших снах летят его драконы
Если честно, то я прочел легко, на одном дыхании. Мне понравилось, честно, вы говорили про художественность, я ожидал в разы меньше, а сейчас прямо поражен. Про часть ассоциаций вы мне уже говорили, но я как-то не мог представить в целом. Теперь представил. Рихард. Я даже почти привык к этому имени. И все благодаря вам.

2011-03-14 в 18:44 

князь Меншиков
знаете, понимаете, можете себе представить, относительно так сказать, некоторым образом.
а у меня сейчас то состояние,что называется мандраж.
как хорошо,что вам..понравилось. я очень боялся выставлять это на ваш суд.
Рихард.)

URL
   

главная